Показаны полезные сообщения темы
Вернуться в полную тему

1
А я заметил, если китайцы продают Вам что-либо, то понимают лучше.  14 21
2017.01.27
Тема Ответить
2
Преподаватели привыкли к иностранному акценту, поэтому понимают гораздо лучше. Продавцы в магазине же не каждый день с лаоваями беседы ведут.

Китайская культура тут не при делах.
2017.01.27
Тема Ответить
3
2017.01.27Хон вопрос: не хотят понимать или не умеют подстроиться?

Китайцы вообще очень часто не понимают друг друга. Поэтому зачастую и так громко разговаривают. Дело в том, что у каждого города/райцентра/деревни свой диалект/язык, который может весьма сильно отличаться от путунхуа. Так что степень натренированности уха у людей с улицы будет сильно отличаться от Ваших учителей в университете.

Ещё один интересный момент. Иностранцы часто ошибочно думают, что правильный пиньинь важней правильных тонов, а у китайцев на самом деле наоборот. Инициали и финали коверкают только так, но если тона правильные, то всё равно можно добиться понимания. Например, 沙龙 могут сказать как sānóng и все всё поймут, но вот shǎlòng уже навряд ли.
2017.01.27
Тема Ответить
4
Цитата: Мы вошли в кабинет, я поспешно сняла стопки книг со стульев и предложила гостям присесть.
  — Я поняла так, полковник, что должна прослушать какую-то запись. Полагаю, она имеет отношение к пришельцам?
  — Могу сказать лишь то, что запись со мной.
  — Что ж, давайте послушаем.
  Полковник Вебер достал из своего чемоданчика портативный магнитофон и нажал кнопку. Воспроизведенные звуки наводили на мысль о промокшей насквозь собаке, энергично отряхивающей шерсть.
  — Что вы об этом думаете? — спросил он. Я не стала говорить о мокрой собаке.
  — Каков контекст записанного высказывания?
  — Не могу вам сказать.
  — Знание контекста может помочь мне в понимании этих звуков. Вы видели чужака, когда записывали его речь? Что он делал в это время?
  — Я уполномочен предложить вам только запись.
  — Вы не откроете никакой тайны, полковник, если сознаетесь, что видели пришельцев. Вся общественность и так в этом уверена.
  Но полковник Вебер был непробиваем как скала.
  — Что вы можете сказать о лингвистических свойствах этого… гм… речевого образца? — спросил он.
  — Ну что ж. Совершенно ясно, что их голосовой тракт значительно отличается от человеческого. Должно быть, они не гуманоиды, верно?
  Полковник промолчал, но Гэри Доннели спросил с живейшим интересом:
  — А вы способны выдвинуть какую-то гипотезу на основании этой записи?
  — Вряд ли. Судя по звучанию, я довольно уверенно могу утверждать, что звуки производятся не в гортани, но это ничего не говорит мне о внешнем виде пришельцев.
  — Понятно. Что еще? Гм… Не можете ли вы сказать нам еще что-нибудь, доктор Бэнкс? — Полковник Вебер, как я отметила, явно не привык консультироваться с гражданскими лицами.
  — Только одно. Достичь взаимопонимания с этими существами будет чрезвычайно трудно из-за значительных анатомических различий. Они почти наверняка используют звуки, которые наш голосовой аппарат не способен воспроизвести. И вполне вероятно, у них есть такие звуки, которые человеческое ухо не воспринимает.
  — Инфра и ультразвук? — спросил Гзри Доннели.
  — Не обязательно. Ведь наша слуховая система отнюдь не идеальный акустический инструмент, она «создана» для различения именно тех звуков, которые может издавать человеческая гортань. Если человеческому уху придется иметь дело с нечеловеческой голосовой системой, ни за что нельзя поручиться. — Я пожала плечами. — Может быть, мы и научимся со временем, при большой практике, улавливать различия между чужими фонемами… Но скорее всего наши уши просто не смогут опознавать те сущностные признаки, которые значимы для их языка. В такой ситуации нам понадобится сонограф,[1] чтобы понять речь чужака.
  — Предположим, я дам вам часовую запись, — сказал полковник Вебер. — Сколько времени вам потребуется, чтобы определить, нужен этот ваш сонограф или нет?
  — Я ничего не могу сказать только по записи. Сколько бы времени вы мне ни дали. Тут требуется непосредственное общение с чужаками.
  Полковник покачал головой.
  — Исключено.
  Я постаралась вразумить его.
  — Это ваше дело, разумеется. Однако единственный способ изучить неизвестный язык состоит в общении с его носителями. То есть ты задаешь вопросы, анализируешь ответы, пытаешься поддержать беседу и прочее в том же духе. Без подобной процедуры задача попросту неразрешима. И если вы действительно хотите изучить язык пришельцев, специалисту в области полевой лингвистики[2] — мне или кому-то другому — придется общаться с чужаками. Одни лишь записи ничего нам не дадут. Полковник Вебер нахмурился.
  — Означает ли это, что ни один инопланетянин не сможет выучить какой-нибудь из наших языков, записывая земные радиопередачи?
  — Скажем так, я очень сильно сомневаюсь, что это возможно. В принципе необходима специально разработанная для конкретной нечеловеческой расы методика обучения человеческому языку. Или, как я уже сказала, интерактивное общение с людьми. Если у чужаков есть либо та, либо другая возможность, они смогут почерпнуть много информации из наших телепередач. В противном случае им не на что будет опереться.
  Полковник явно заинтересовался; его жизненная философия, совершенно очевидно, базировалась на постулате: ЧЕМ МЕНЬШЕ ОНИ УЗНАЮТ О НАС, ТЕМ ЛУЧШЕ. Гэри Доннели прочел выражение его лица и картинно закатил глаза. Я подавила усмешку
Тед Чан
История твоей жизни
2017.01.27
Тема Ответить
5
(это же по задорнову) - Я приехала в Китай, говорю с китайцами на китайском, и меня не понимают, тупые китайцы...
2017.01.27
Тема Ответить